Маргарита
Из дома пришлось выйти еще засветло: Том и Джерри, оу, как я могла, Том и Джанара паковали вещи, и происходило это так профессионально шумно и суматошно, что моей помощи не требовалось.
Я шла по улице, горизонт стремительно мерк, и, оказавшись на месте, я бы вряд ли нашла ту самую лавку, если бы не свет фонаря. Федерико еще не было. Неужели нельзя не опаздывать? Сам ведь просил. Через пять минут за спиной я услышала знакомый голос:
- Здравствуй!
- Здравствуй.
Я выждала положенные пару секунд и спросила:
- Чем я могу тебе помочь?
- Я и сам не знаю! – Довольно зло бросил Федерико и сказал почти приказывая. – Пойдем прогуляемся.
- Ну, пойдем.
Какое-то время он шел и молчал, спрятав руки в карманы, словно я виновата в каких-то его бедах. Так мы оставили позади пару кварталов, а он все ничего не говорил. Ладно, не буду трогать, - подумала я, но на третьем его повороте наобум я не выдержала:
- Может, все-таки расскажешь, что случилось-то? Я тебе не враг, да и сам просил помочь.
Федерико не ответил.
- Ну, смотри.
Мы как раз проходили мимо особняка, в котором лет десять уже никого не видели. Я сделала третью попытку:
- Если стесняешься признаться простым смертным, что и у такого франта, как ты, есть проблемы, взгляни сюда, - я указала рукой. – Они съехали десяток лет назад по непонятной причине. А была богатая семья, с хорошими связями.
- Да хватит уже!
М-матерь божья! – как обычно высказываются герои дешевых ужастиков. Первой моей мыслью была развернуться и бежать, куда глаза глядят. Хорошо, что я все еще была в оцепенении, когда вывод напрасился сам собой: а ведь вампиризм(или что это такое?) и есть его проблема.
- Так что, правда никто не живет? – Было видно, что Федерико погорячился и пытался как-нибудь перевести тему для разговора.
- Не живет. Никто не видел.
Смутившись, мой знакомый подошел к кованой калитке и несильно толкнул ее рукой:
- А не закрыто ведь!
Он быстро прошмыгнул во двор, мне пришлось последовать за ним.
Федерико без зазрения совести ходил по чужому двору и разглядывал все, что его интересовало. Преодолев смущение, я тоже сделала несколько шагов в сторону сада и тогда заметила, что кусты были аккуратно подстрижены, опавшие листья сметены в кучу, а пруд вычищен – прозрачная свежая вода сверкала под светом взошедшей луны.
За искусственным прудиком и лавочкой начинался небольшой французский парк – лавровые кусты образовывали лабиринт.
- Что, рискнешь пройти? – Федерико решил посмеяться над моим испугом.
- Рискну, - как можно спокойнее ответила я, сделала шаг вперед и вскрикнула – впереди показалось чье-то лицо.
Чтобы не давать Федерико повода снова смеяться надо мной, я первой повернулась к нему и заулыбалась.
- Извините, честно, не хотел вас пугать! – Промямлил незнакомец. – Просто я работаю в службе доставки продуктов и получил заказ на этот дом. Вот, хотел узнать, живет ли тут кто.
- И что? – Я улыбнулась и ему, делая вид, словно мне вовсе не страшно.
- Я еще не звонил в дверь. Просто заметил, что калитка открыта, вошел, разглядывал, не горит ли в окнах свет.
- Ну так удачи!
Мы снова подошли к входной двери, незнакомец протянул руку к звонку, и в этот момент из окна второго этажа донесся властный женский голос:
- Пусть войдет только вампир!
- Какой вампир? – Пол непонимающе задрал голову, но ответа не последовало.
- Ну раз мне уже нечего терять, да так совпало, что я еще и вампир, так и быть, зайду!
Могу поспорить, что Федерико зашел с радостью, влекомый новой загадкой.
Пол
По негласному согласию мы прождали Федерико час, а может и больше, но он и не думал выходить. Моя новая знакомая, Маргарита, выглядела очень заинтересованной, и, втайне наблюдая за ней, я тоже делал вид, будто мне до безумия интересно. Вот уж не думал, что выберусь из дома по такой банальной причине, а попаду в такое приключеньице.
- Так как он вампир? – Переспросил я у Маргариты, кажется, в десятый раз.
Она с не меньшим восхищением ответила:
- Честно! Честно! Два клыка, длинные и белые. И кожа, только сейчас заметила, матовая!
Мы снова уставились на дом.
Прошло еще с полчаса, и от ничегонеделания мы начали замерзать. Пора было уходить.
- Давай по домам? – Спросил я. – Хочешь, проведу?
- Пожалуй! – Маргарита зябко поежилась и улыбнулась.
- Сомневаюсь, что с твоим другом что-то случится. А у тебя есть его телефон? Я бы из чистого интереса позвонил и спросил, кто там живет.
- Да не друг он мне! – Она отмахнулась. – Я сама случайно с ним вчера познакомилась, и он случайно притащил меня сюда.
- Понятно.
Это звучит уже оптимистичнее. Милая девушка.
Было заметно, что я получил ее расположение. Завоевал? Нет, я так никогда не говорю. Мне до статуса сердцееда, как до луны.
На следующее утро первое, что я сделал, это подошел к телефону, чтобы позвонить. Стоп! А кому? Если Федерико вампир, то я его не застану при дневном свете. Из интереса я набрал его номер – никто не брал трубку. И тогда я позвонил Маргарите (с гораздо большим интересом, если честно!)
Маргарита предложила встретиться в парке. Благо, сегодня у меня была вечерняя смена, и я согласился.
Мы сидели и болтали о том, о сем. Я впервые встретил человека, с которым так интересно было общаться, который не заморачивался на принципах и удивительно живо мыслил. Когда я провожал ее домой, мы добрались до обсуждения книг.
- Ну, пока! - Робко сказала она, стоя у дверей своего дома.
- Пока!
- Хотя, стой! - Она задрала вверх указательный палец и улыбнулась. - Если маме не нужна моя помощь, я сейчас вернусь!
Через минуту Маргарита стояла передо мной в малиновом длинном платье. Едва я хотел спросить, как она опередила:
- Мама. Это мама. Она хочет, чтобы я одевалась, как девушка.
Я улыбнулся:
- Как бы там ни было, я бы продолжил обсуждать книжки. Пойдем ко мне? - Спросил я, надеясь, что Маргарита не затащит меня к себе на чаепитие. Я всегда до жути стеснялся чужих родителей. Тем более, родителей такой красивой девушки.
- А что, пойдем! - Она, похоже, и не догадалась ни о чем, и мне снова не терпелось зачитать несколько цитат из любимых книг. Мы пришли домой и удобно устроились на диване. Правда, из-за своей увлеченности, я не заметил, как Маргарита перестала меня слушать, устало подобрала под себя колени, потом прилегла, опершись на локоть, а потом и вовсе заснула.
Дочитав абзац, я взглянул на нее: утомившись от долгих гуляний и моей речи, Маргарита крепко спала. Крепко и так мило, что мне совсем не хотелось ее будить, а через полчаса у меня начиналась смена. И, оставив на столе записку, я вышел, тихо закрыв за собой дверь.
Об этом еще Брэм Стокер писал.
На самом деле, пропара получилась. А я как-то не обращала на это внимания 
