3.8. Поколение третье. «Романы и их последствия»
♬▶ Lenka - You Will Be Mine
Мартан
Возвращение на учёбу после недельного отсутствия вызвало странные ощущения. Словно месяц в школе не был, всё казалось непривычным. И Эмиль, судя по его потерянному виду, испытывал те же чувства. Неловко махнув мне, он пошёл к своему шкафчику. А меня уже на полпути к моему, встретила Альма, радостно кинувшаяся мне на шею, но почти сразу же она стушевалась, поинтересовавшись:
- Ну как ты? – вот уж чего бы Шанталь не стала делать, так это заботиться о моих чувствах и успеваемости. А Альми писала и звонила мне каждый день, искренне интересовалась как там дела у мамы и деда, говорила, какие на дом задали задания, и даже пару раз лично заходила в гости. Такая трогательная забота, даже я чуть-чуть проникся, при всей своей циничности. Миль так вообще растекался умильной розовой лужицей, наблюдая её заботу. Правда потом хмурился и раздосадовано махал рукой. И без слов было ясно, ему казалось, что я мучаю Альму и вообще кручу и верчу ей как хочу. Хотя, почему казалось?
- Более менее в норме, - я улыбнулся уголком рта и поцеловал её в щёку. – В этом и твоя заслуга.
Она сразу зарделась, в подобные моменты её милашность зашкаливала. Но полюбить её я так и не мог.
Хорошо, что бабуля умерла, оставшись в блаженном неведении по поводу моей личной жизни. А то мне в кошмарах снилось, как она меня за подобное «неуважение к девушкам» отчитывает. Она вообще много нотаций читала. Возвращаешься из школы домой, и если ба дома, так словно и не покидал учебных стен.
На время урока Альми таки отлепилась от меня и я смог чиркнуть пылкую смс-ку Шанти, на что в ответ через несколько минут получил раздражённый ответ. Смотрю, не всё ладно в датском королевстве? Нет, определённо надо с этой бестией переговорить.

И после уроков, когда я как раз собирался это сделать, меня подозвал брат.
- Ну чего тебе? – вопросил я, нехотя подходя к нему.
- Это ты там Шанталь смс строчил?
- Ты ради этого меня позвал?
- Ну, почти. Я кажется, догадываюсь, какой последовал ответ, - он усмехнулся. У самого ещё даже первого раза не было, а надо мной похихикивает. – Просто у нас весь класс трещит о том, что Блэйну огроменное наследство на голову свалилось, почти 140 тыщ зелёных, прикинь? Шанатль когда с ним в кабинет под ручку зашла, у неё чуть ли не звёзды из глаз сыпались, с таким обожанием она на него глядела, - у меня аж зубы заскрипели.

- Значит, предпочла хруст презренных бумажек красоте, уму и обаянию? Вот, стерва-то! А меня-то всего неделю в школе не было, - обиженно запыхтел я. – Мы тоже не бедные.
- Ты не в её вкусе, смирись уже, хватит гоняться за миражом, - вздохнул брат, почёсывая затылок.
- Ты издеваешься, да? Пока я не отобью себе права хотя бы на временное обладание этим призом, я от неё не отстану, - решительно заявил я.
- Ты упёртый, словно баран. Но, моё дело предупредить, а сейчас я уже опаздываю на допзанятия, так что разбирайся сам как хочешь, - испортил настроение и ушагал в неизвестном направлении, вопрос кто из нас активнее портит другому жизнь всё ещё открыт!
Эмиль
- Представляю, как ба бы психанула, узнав, что её драгоценный бывший шеф Келв снюхался с твоей одноклассницей, ма, - подумал я вслух, вынимая тетрадь для домашних заданий из сумки.

- Седина бороду, бес в ребро. А то что с Бритт связался, так сам виноват, я уж точно ему сочувствовать не буду, - вздохнула мама. – И «снюхался»? Кто так говорит вообще, Миль?
- Ох, ма, не начинай! Может, ещё прописи мне вручишь? – гены, отвечающие за нотации, мама явно в полной мере унаследовала от бабули.
- Так же будут думать и родители твоих будущих фанаток, нечего их плохому учить, ты должен красиво разговаривать. А не только красиво петь, если хочешь стать действительно популярным певцом, - она погрозила мне лопаткой, испачканной в очередном замудрённом соусе.
- То бишь, всё это морализаторство во благо моего будущего? – спросил я, подняв бровь.
- Вот, именно, - кивнула мама.
- Ну, я думаю, тот, кто плохо разговаривает и подаёт плохой пример, не попал бы в список почёта! – улыбнувшись во все 32, я продемонстрировал маме контрольный листок с великолепными оценками. Сам от себя не ожидал, если честно! Но я жуть как доволен!

Одинова воля на то, чтобы я продержался в этом списке хоть дня три. Ведь контрольная по физике или химии меня быстро из этого списка выпульнет.

Брат же со своими множественными романами на учёбе особо и не старается, но его готовая домашка держит на плаву, предки нам не дают расслабляться в этом плане. Так что даже если захочешь, от домашки не увильнёшь. У нас даже до сих пор тетрадки родители проверяют, словно мы первоклашки, какие-то.
Тут мои мысли прервал телефонный звонок, который впрочем, быстро заглох, скорее всего, па взял на параллельной линии. Телефон как раз рядом с чертёжным столом висит, за которым он последнее время просто окопался.
- Жанетт устраивает вечеринку по поводу первогодья Стерлинга, ты не пойдёшь? – спросил он, выйдя из спальни.

- Нет, я, конечно, оклемалась уже, но не настолько, чтобы ходить по вечеринкам, - ма печально покачала головой. - Сходи один, поздравь малыша от нас всех.
- Значит, я верно сделал, что гарантировал ей только своё присутствие. Не волнуйся, Эм, она не обидится, понимает же, как ты себя чувствуешь. Съезжу, пожалуй, за подарком, пока ещё магазины не закрылись, да и Матиаса надо вытащить проветриться.
Дед тоже более менее оправился после бабушкиной смерти, но от мольберта почти не отлипал, очень мало спал. Всё рисовал. Бабулю. Или её и себя вместе. Видимо, это помогало ему пережить горе.
Ифраим
Матиас на удивление легко согласился прошвынуться со мной до магазина и с энтузиазмом участвовал в выборе подарка для моего мелкого племянника. Видимо, зря мы за него настолько сильно волновались. Сейчас он справлялся уже лучше нас всех, просто как-то забыл о том, что выходить на воздух тоже иногда полезно.

Уже вернувшись, мы забрали из ящика порцию вечерней почты, которую Матиас небрежно просматривал, пока нам открывали дверь.
- Ну-ка, а это что?… - задумчиво проговорил тесть, вскрывая один из конвертов и быстро просматривая его содержимое.
- Вы уже вернулись, так быстро? – удивилась Эми, распахнув входную дверь.
- Господи, неужели она и правда, решила реализовать эту затею! – воскликнул Матиас с улыбкой.
- О чём вы?
- Сауна! Это письмо для Виолы. Она направила запрос в строительную компанию на разработку проекта небольшой типа сауны с джакузи, которую можно поставить у нас возле дома.
- Мамочка, интересно, сколько мы ещё будем от тебя весточки получать? – улыбнулась Эми, подняв глаза к небу. – Надо позвонить туда и подтвердить заказ уже от нашего имени.
- Хмм… Джакузи… Почему бы и нет, - согласился я. – Я могу позвонить им и всё обсудить уже сегодня.
- Да я могу это и завтра сделать, чего им под конец рабочего дня звонить. А пока ты будешь на вечеринке, я уже всё устрою.
На том и порешили. А на следующий день, я пошёл к Жанетт, прихватив игрушечную машинку для именинника.

Подъехав к дому сестры, я с удивлением обнаружил, что, похоже гость лишь я один. Не было других машин на обочине и народу на тротуарчике у дома. Но, тем не менее, я поспешил внутрь.

- А чего так пустынно у тебя? – поинтересовался я, пройдя в дом.
- С временем я прокололась, что поделаешь, все на работах, даже Таурус. А ведь клялся и божился, что отпросится пораньше сегодня! – обиженно пропыхтела она, потирая поясницу. На девятом месяце она уже вообще не могла сгибаться, разве что назад, из-за чего её позвоночник бунтовал.
Пока мы пили чай, Нестор уже успел распотрошить подарок младшего братишки и носился с игрушечной полицейской машиной по всему дому.
- И ты его даже не приструнишь? – я удивлённо поднял бровь.
- Бесполезно, - вздохнула она. – Когда я такой колобок, то в авторитете я просто катастрофически теряю.
- Нестор, ёлки-палки! – раздался приглушённый возглас со второго этажа, затем звук борьбы, и вот уже Сьюзи, (она уже так повзрослела за последнее время, не так давно в среднюю школу перешла) спускаясь по лестнице, тащит Нестора за шкирку. – Мам, я конечно всё понимаю… Ой! Здравствуйте, дядя Ифраим, - стушевавшись она опустила братца на пол, тот же сразу воспользовался моментом и смылся, на ходу изображая звуки полицейских сирен. – Он мешает уроки делать. Да и Стерли разбудит.
- Кажется, уже, - Я безошибочно различил детские всхлипы, раздавшиеся из радионяни.
- Ох! Он только недавно уснул, - тяжело вздохнула Жанетт.
- Сейчас я его принесу, мам, сиди, - кивнула Сьюз и пошла наверх.
- Просто бедлам, дорогая, - улыбнулся я.
- Иногда, мне даже хочется сбежать отсюда, - засмеялась сестра в ответ. – На недельку, в отпуск. Но когда я беру их на руки, как-то сразу забываю об этом. Тем более Сьюз и Таури, помогают, так что всё легче.
Встав с кресла, Жанеттис содрогнулась и взвыла.

- О, господи! Что с тобой? – я подлетел к ней, а слова срывались с языка не подкреплённые мыслями. – Ты-ты… Ты рожаешь!
- Да уж я догадалась, брат очевидность!
- Сейчас всё будет, - заверил я её. – Я тебя с ветерком до больнички подброшу, - я повёл её к выходу под руку. На вопли спустилась Сьюз, со Стерлингом на руках.
- Что, уже?
- Дддддаааа! Агрх… Ты за старшую! И позвони папе, надо чтобы кто-то меня из больницы забрал.
- У вас уже всё отработано, я смотрю, - заметил я уже в машине.
- А то! – улыбнулась сестра. И улыбка держалась ровно до новой схватки. Но, благо город у нас маленький, так что добрались быстро, а в больнице нас уже приняли с распростёртыми объятиями, видимо, Сьюз успела позвонить и туда. Я сдал сестру на руки врачам, а сам остался в вестибюле. Позвоню домашним, да подожду развязки событий. Пока я говорил по телефону, мимо меня пронёсся Таурус, лишь уточнивший в регистратуре, где именно в родильном отделении его жена, и, получив ответ, тут же направился в указанном направлении.
Я прождал около часа. И уже начал уставать от нахождения в месте своей бывшей работы, как в фойе вновь появился Таурус, сияющий улыбкой, как новый цент.
- Девочка! Спасибо, Ифраим, ты очень помог Жанетт, я от души тебе признателен, - мы пожали друг другу руки.
- Рад, что у них всё хорошо, как назовёте новорожденную? – поинтересовался я.
- Берта, - и судя по умильной улыбке собеседника, так звали опять-таки какую-нибудь его родственницу.

Уже на улице, по дороге к машине я подумал о том, что как всё-таки приятно быть хотя бы сопричастным к такому грандиозному событию, как появление новой жизни, пусть даже ты не родитель оной.
