3.39. Долорес.
Прошедшие выходные были поистине волшебными, и даже утром в понедельник меня не покидало чувство, что меня ждет еще что-то удивительное в самое ближайшее время.
Пока я по-быстрому завтракала, Хэнк читал вслух заметки из местной газеты. Тренировка у него, как всегда, после обеда, так что он мог не спешить.
- Про спорт тебе неинтересно, это я потом прочту. Про погоду бесполезно, все равно наврут, - он перевернул пару страниц. - Вот, давай светскую хронику... Так, что тут у нас... Мы рады сообщить вам, что на днях в наш город переехала небезызвестная норвежская семья Торенсенов....
Тут можно прочесть полный текст данной статьи
- Не знаю, кому она там известна, но лично я эту фамилию слышу первый раз, - пожал плечами мой милый, но не слишком образованный супруг.
- Мама говорила о художнике по имени Матиас Торенсен – что он очень талантлив, и она хотела бы побывать на выставке его работ. Возможно, это его родственники?
- Мне о нем она ничего не говорила…
Мне было, что на это ответить мужу, но время поджимало, 5 минут задержки, и я опоздаю на работу.
- Пока, дорогой, - я нежно чмокнула Хэнка. - Помой, пожалуйста, посуду, а то я уже не успеваю.
Я вышла в прихожую и, надевая босоножки, продолжила:
- Вечером, как я тебе говорила, зайду к Кристо, занесу ему книгу.
Я могла бы и промолчать насчет бывшего лучшего друга, Хэнк все равно придет с тренировки позже меня и не узнает, где я была и что делала. Но скрывать от мужа даже мелочи, ничего не значащие на первый взгляд, я не привыкла. Мне казалось это правильным, вон, включи любой телесериал, сколько благополучных пар развелось из-за ерунды, недопонимания, недосказанности? При неправильной интерпретации любое слово или поступок могут послужить причиной для разлада в самых идеальных отношениях. А наши отношения я без ложной скромности считала близкими к идеальным.
- Будете вспоминать детство? – спросил Хэнк, подавая мне сумочку.
У меня как-то не было возможности выяснить, ревнивый у меня муж или нет, если не считать тот давний случай в университете, когда ко мне клеился крашенный в блондина араб. Но к Кристо он точно никогда не ревновал, я сразу объяснила, что мы лишь друзья, и у каждого из нас есть в жизни большая любовь. У меня это он, Хэнк, а у Кристо - его ветреная Марселла.
- Вряд ли, - я безразлично пожала плечами и сбежала с крыльца. - Отдам книгу, спрошу из вежливости как дела и поеду домой. Для длинных бесед нас уже давно ничто не связывает.
Последние слова Хэнк едва ли услышал, потому что я резво цокала каблучками по направлению к своей машине.
На работе я с головой погрузилась в дела. У меня теперь был собственный кабинет, и одной из моих обязанностей было подбирать актеров на роли.
- Сеньора Алонсо, тут молодой человек ищет работу, - по селектору обратилась ко мне секретарша.
- Ты же знаешь, что сегодня не день кастинга, - ответила я.
Нас периодически осаждали толпы, жаждущие стать звездами киноэкрана, и мне приходилось с ними разбираться. Но сначала они проходили через приемную, а ко мне попадали их бумаги, и только на общих просмотрах, когда подбирались кандидатуры на определенную роль, я имела дело с претендентами лично.
Так что мне было непонятно, почему для этого парня секретарша сделала исключение. Однако несвойственный трепет в голосе девушки заставил меня изменить и собственным правилам, мне стало интересно, что за Ален Делон к нам пожаловал.
– Ладно, пусть зайдет, - милостиво разрешила я. – Как хоть его зовут?
- Эмиль Торенсен, певец и музыкант, - ответила она с придыханием.
Торенсен… Не далее, как сегодня утром я слышала эту фамилию. Хэнк за завтраком прочел мне статью из газеты, где говорилось, что в Санлит Тайдс переехала эта норвежская семья.
Я взглянула на парня, а он на меня, и по телу пробежали мурашки. Понятно, почему видавшая виды секретарша дала слабину – внешность у молодого человека была впечатляющей. Я даже подумала, что не будь я счастливой замужней женщиной, а глава нашей киностудии – в приличных летах, он тут же получил бы одну из главных ролей в новом проекте. Но и просто послать такой экземпляр я не имела права.
- Поскольку у вас нет другого актерского опыта, кроме игры в школьном театральном кружке, а в певцах мы не нуждаемся, я могу предложить вам только роли в массовых сценах.
Он согласился, что меня, признаться, удивило.
- Оставьте ваши координаты у секретаря, мы с вами свяжемся, когда вы потребуетесь на съемках.
Парень уже взялся за ручку двери, чтобы выйти из кабинета, когда я спросила:
- Скажите, а Матиас Торенсен, художник, ваш родственник?
- Это мой дед, - он оглянулся и посмотрел на меня с интересом. - Вот уж не думал, что так далеко от Европы известно его имя.
Мурашки оживились еще пуще. Никогда не понимала нынешнюю моду престарелым теткам выбирать себе в любовники юных мальчиков. До сего дня не понимала. Мне казалось это несусветной глупостью пресыщенных богачек. Но когда на тебя ТАК посмотрит ТАКОЙ молодой человек…
Однако куча бумажной работы быстро вытеснила из головы все фривольные мысли, а потом я переключилась на предстоящий визит к Кристо Аллендеру.
Мой школьный друг жил в небольшом скромном коттедже, выкрашенном в веселые желтый и розовый цвета. Наверное, для того, чтобы весь этот квартал небогатых съемных домов не выглядел уж слишком убого. Для того же служили и растущие вокруг пальмы.
Кристо, как и я, только что отработал смену и не успел даже переодеться, встретил меня прямо в полицейской форме.
- Привет, Долл. Заходи, - он сделал приглашающий жест рукой, и я прошла внутрь.
Тут тоже все было скромно, и даже самый придирчивый правдолюбец не смог бы обвинить хозяина в коррупции - деньгами в этом доме даже не пахло. Наоборот, каждая вещь буквально кричала о скромном достатке владельца и еще об отсутствии в доме женщины. В миллионный раз я пожалела о том, что Кристо встретилась на пути такая непорядочная особа, как кузина Марс и что он так и не смог обратить внимание на кого-то другого.
Хотя... Если бы Хэнк в свое время не развелся с первой женой, смогла бы я жить с другим человеком? Наверное, да. Но такой счастливой женщиной, как сейчас, я вряд ли бы стала.
Я не знала, о чем говорить, Кристо, похоже, тоже, и между нами повисла неловкая пауза. А раньше мы могли болтать о чем угодно или молчать, занимаясь каждый своим делом, и никакого напряжения это не вызывало.
Как водится в таких случаях, мы заговорили практически одновременно:
- Как дела, Крис?
- Как живешь, Долл?
И снова замолчали, каждый ожидал, что другой начнет отвечать на поставленный вопрос. Поскольку беседа не клеилась, я решила поскорей подарить Кристо заказанную им книгу и откланяться. Пока я раздумывала, как половчей завершить встречу, на улице послышалось нарастающее рычание мотора - кто-то гнал по дороге на мотоцикле. Звук стих у крыльца, и я удивилась, как изменилось лицо Кристо - подъехавший гость был ему явно более приятен, чем старая школьная подруга и ее бессмертное произведение.
- Это Дарвин, - со счастливым видом пояснил мне Крис и впустил сына.
- Привет, пап! Здрасьте, сеньора Алонсо.
Сто лет его не видела, надо же, как вымахал!
Что ж, раз Дарвин навещает отца, значит, Кристо не зря все эти годы боролся с Марселлой за возможность принимать активное участие в жизни их ребенка. И мой бедный друг вовсе не так одинок, как мне казалось.
Я с легким сердцем могла вернуться домой.
я сама очень люблю своим симам нечто похожее устраивать. но получается не всегда...)
но это жизнь, ничего не поделаешь) надеюсь, визит Долорес к Кристо будет приятным.
реально оч красивая, такие черты лица, глазки, губки, ну лапочка просто) как на нее правда злиться? 
скорее бы ее повзрослевшую увидеть 
